Выберите направление

Удивительные похождения Али Бея.

Domingo BadiaВ самом сердце Барселоны, районе Эшампле, взгляд мой не раз падал на табличку с названием одной из улиц. «Улица Али Бея» значилось на ней. Странно, думала я, видя это необычное имя: насколько я знаю, в Барселоне не сохранилось следов арабского пребывания. Впрочем, откуда им взяться? Случилось нашествие сарацинов давно, еще в восьмом веке, и продержались они в городе всего около восьмидесяти лет. Да и не логично как-то называть улицу именем завоевателя. Каково же было мое удивление, когда я узнала, что под именем Али Бей скрывался самый настоящий испанец, его подлинное имя — Доминго Бадиа-и-Леблик. Этнограф, картограф, астроном и полиглот, с одной стороны, и отважный авантюрист, ставший по прихоти судьбы шпионом, с другой. Несмотря на то, что жизнь свою он сам описал в трехтомнике «Путешествие Али Бея в Африку и Азию», перипетии его судьбы для историков до сих пор являются загадкой с множеством неизвестных.
1 апреля 1767 года в семье барселонского служащего дона Педро Бадиа (родом из Арагона) и доньи Каталины Леблик (бельгийки по происхождению) родился сын. Знать бы родителям, какая необычная судьба уготована их первенцу, дали бы они мальчику звучное редкое имя. Но откуда же им было это знать, и мальчика назвали обычным именем Доминго. Впрочем, впоследствии он, христианин, сам сменил свое ничем не примечательное имя на другое, странное и непривычное, отнюдь не христианское.
Но это уже потом. Между тем мальчик подрос и начал удивлять окружающих поразительной способностью к наукам. Его биографы утверждали, что свободный и страстный гений маленького Доминго никак не желал сочетаться со школьным регламентом. Бадиа не знал других «университетов», кроме своей собственной комнаты. Закрывшись в ней, часами и днями изучал молодой человек то, что привлекало его пытливый ум. Вначале это были математика, черчение, рисунок. Затем география, астрономия, физика и музыка.
В одиннадцатилетнем возрасте начинается увлечение Доминго исламским миром. В то время семья Бадиа уже жила в Андалузии, на юге Испании, насквозь пропитанном мусульманской культурой. Огромный интерес у юноши вызывали восточные языки, особенно арабский, который давался ему с такой легкостью, словно был его родным. Вскоре юноша настолько свободно овладел им, что вполне мог сойти за образованного жителя Багдада или Дамаска.
К двадцати четырем годам Доминго Бадиа, уже успевший обзавестись семьей, был назначен на должность управляющего табачными компаниями в Кордобе (к слову, свою первую должность на королевской службе он получил, еще будучи девятнадцатилетним юношей). В Кордобе началось его увлечение воздухоплаванием. Доминго даже сконструировал воздушный шар, собираясь подняться на нем в воздух. Но в дело вмешался отец изобретателя. Испугавшись возможной неудачи, он сделал все, чтобы городские власти запретили рискованную попытку покорения небес.
Не сумев подняться в воздух, неугомонный Доминго решил попытать счастья на море. Он попросил назначения на должность коменданта таможенной пограничной заставы в городке Пуэрто де Санта Мария, расположенном на океанском побережье. Однако и это занятие не позволяло полностью развернуться многогранным способностям молодого человека. Страсть к географии, знание арабского языка, истории и политики Ближнего Востока привели Доминго к мысли совершить путешествие на север Африки. Перед ним встала задача: как убедить правительство испанского короля Карла IV в необходимости такого предприятия? Бадиа составил план, невероятный по своей смелости и грандиозный по политическому значению.
В 1801 году он отважился поделиться своей идеей с одним из самых могущественных людей того времени — первым министром короля Карла IV Мануэлем Годоем. Бадиа предполагал посетить все азиатские и африканские страны, что представляли интерес для Испании, и наладить с ними дипломатические отношения. Путешествуя, он также намеревался провести научные исследования неизведанной на тот момент территории. В целом идея министру пришлась по душе, вот только познавательная сторона плана его отнюдь не заинтересовала. Годой быстро разглядел сущность молодого человека, смекалистого, храброго и решительного, но при этом хитрого и скрытного. Даже его недостатки — неистовство страстей и неумеренность  духа — делали Бадиа пригодным для выполнения необычной миссии, задуманной для него министром. Доминго Бадиа должен был стать шпионом.

План Годоя оказался рискованным и темным. Превратившись в арабского князя, знаменитого паломника-пилигрима, Бадиа должен был проникнуть на территорию Марокко и выполнить две задачи. Во-первых, выяснить, удастся ли Испании, обманув своих европейских конкурентов, захватить арабский рынок по всему побережью от Марокко до Египта. Другая задача была не только авантюрной, но и крайне рискованной. Марокко в то время правил султан Мулей Сулейман, жестокий, трусливый и полный предрассудков человек. Подданные с нетерпением ждали подходящего момента, чтобы избавиться от власти ненавистного монарха. Принц Ахмет, возглавивший мятеж против власти султана, завоевал часть провинций и угрожал оттуда захватом власти в империи.
Годой надеялся, что Бадиа сумеет войти в доверие к императору и убедит того просить помощи у Испании в борьбе против мятежного принца Ахмета. Если же уговорить Сулеймана не удастся, Бадиа переметнется в стан врагов султана и теперь уже Ахмету предложит помощь испанского войска. В благодарность за поддержку заговорщиков Испании позволено будет (после успешного переворота, разумеется) занять часть территории Марокко.
Искусному политику Годою удалось заручиться одобрением короля Карла IV для осуществления этого чрезвычайно авантюрного плана. Идея превратиться в другого человека полностью захватила Доминго Бадиа. Он придумал для себя арабскую генеалогию, назвавшись Али Беем, князем Эль-Аббаси, потомком (ни много ни мало) пророка Магомета. Чтобы сыграть эту трудную и рискованную роль и ничем себя не выдать, постоянно находясь среди мусульман, он решил провести обряд обрезания.
Доминго сам сделал себе эту болезненную операцию, едва не погибнув от инфекции. Подготовившись тщательным образом, обрубив все связи с семьей, одним прекрасным днем он, облаченный в мусульманские одежды и вооруженный широчайшими познаниями в физике, математике, привычках и литературе Востока, появился в Лондоне. Полностью исчезла личность каталонца Доминго Бадиа-и-Леблика, а на его месте возникла грандиозная фигура Али Бея Аббаси. ali bey 1

29 июня 1803 года в порту Танжер, нагруженный необходимым количеством золота и подарков для марокканского султана, снабженный английским паспортом, чтобы удостоверить свое пребывание в Лондоне для обучения западным наукам, Али Бей сошел на берег. Отсюда началась эта эпопея, полная драматизма и приключений, для описания который понадобился бы не один том.
В городе он снял роскошный дворец, нанял многочисленную прислугу и первым делом отправился в главную мечеть города, чтобы помолиться. Его элегантная фигура и приятная внешность, величавая манера вести себя, окружающая его роскошь, а также тщательность в выполнении религиозных ритуалов вызывали к этому необычному человеку уважение и поклонение горожан.
Через несколько дней он уже вошел в круг знатных людей города. Ни малейшая тень сомнения не возникала по поводу высокого происхождения Али Бея у тех, кто видел его титулы, выписанные на древнем арабском языке и скрепленные печатями. Со своей стороны он старался навязать окружающим мысль, что, живя длительное время в Европе, не мог не приобрести в какой-то мере западных привычек. Городская знать посвятила его в тонкости жизни марокканского двора. Вскоре Али Бей отправился в Фез и попросил об аудиенции султана Мулей Сулеймана. Султан с радостью и благодарностью принял «потомка пророка Магомета». Прием, оказанный монархом, превратил Али Бея в выдающегося человека в глазах придворных. Наибольший блеск его личности придавало известие о данном им обете совершить паломничество в Мекку, что было для мусульман высшей степенью превосходства.
«На следующий день, — пишет Али Бей в своих воспоминаниях, — меня посетила вся местная знать. Вопросов задавали бесчисленное множество, выспрашивали обо мне у моих слуг. Все остались чрезвычайно довольными, и на следующий день меня уже сто раз целовали в бороду и просили оказать им честь считаться в числе моих друзей».
Мало-помалу Али Бею благодаря глубочайшим познаниям текстов и сокровенных тайн Корана удалось завоевать доверие монарха Марокко. Недалекий султан, во что бы то ни стало, решил удержать при своем дворе этого образованного и мудрого человека. Монарх подарил новому фавориту большой дом в городе и роскошное поместье с пальмами и оливами в окрестностях столицы. Как высшую степень уважения отправил султан в распоряжение Али Бея двух женщин из своего гарема.
Одно только препятствие видел наш герой для окончательного завоевания доверия султана: придворный астроном, видя в нем опасного конкурента, начал строить козни. Хитрый и умный каталонец придумал способ убрать соперника со всего пути. Якобы для того, чтобы добиться расположения звездочета, Али Бей поделился с ним расчетами предстоящих лунных затмений. Как он и предполагал, дворцовый астроном выдал эти сведения за свое собственное открытие. Однако ушлый придворный не догадывался, что имеет дело с достойным противником: Али Бей предусмотрительно исказил даты затмений. Султан, не дождавшись предсказанных событий, рассердился на своего подданного и удалил того с глаз долой. Теперь Бадиа мог жить спокойно, не опасаясь, что рано или поздно завистливый астроном воспользуется случаем, чтобы навредить ему.
За сравнительно короткий срок Али Бей приобрел безмерную власть над монархом. Тот не только обращался с ним как с другом и братом, не только консультировался по поводу торговых дел, он даже позволил использовать ему свой зонт — символ монаршего титула и фактически переложил на плечи советника все бремя власти.
Бадиа получил полную свободу передвижения по стране и начал осуществлять одну из задач, поставленных перед ним Годоем: изучить состояние политики и экономики Марокко. Планы у Годоя были далеко идущие, он рассчитывал расширить торговлю с Марокко, а через нее и с остальной Африкой теми товарами, что не находили сбыта в Америке. Из Африки он надеялся получать продукты, ценившиеся на европейском рынке: слоновую кость, драгоценные камни, арабских скакунов, шелк и другие товары, превратив Испанию в сильнейшую торговую державу.
Любимцу султана было несложно выполнять свою шпионскую миссию — повсюду на него смотрели как на истинного правоверного, человека, превосходящего окружающих, князя, потомка пророка Магомета. Сложность состояла в другом: Али Бею не удавалось склонить султана к союзу с Испанией. Религиозный фанатик Мулей Сулейман рассматривал любую связь с неверными как величайший грех. Что касается испанцев, тут к религиозному чувству монарха примешивалась застаревшая национальная ненависть. Более того, султан сделал Али Бею ошеломляющее предложение: возглавить войско правоверных мусульман и попытаться вновь отвоевать принадлежавшие когда-то арабам земли Севильи, Кордобы и Гранады.
Осознав тщетность своих усилий, Али Бей принялся за разработку второго варианта плана Годоя. Он объездил все наиболее значительные города страны и скрупулезно, до малейших деталей, изучил состояние марокканского войска, его численность и систему обороны. Вступил он также в сговор с противниками султана. «Мулей Сулейман, нынешний император Марокко, — писал он Годою, — настолько туп и полон предрассудков, что приходится удивляться, как еще ему удается удерживаться на троне. Подданные его ждут с нетерпением подходящего момента, чтобы избавиться от надоевшего монарха. Он так же труслив, как и жесток, и отмечен всеми возможными пороками. Трудно найти в нем хоть одно положительное качество».
Способности тонкого психолога Али Бея входить в доверие к людям были поистине удивительными. Однако дело повернулось неожиданным для него самого образом. Заговорщики сделали ему ошеломляющее предложение: возглавить восстание против монарха. Более того, они намеревались, сбросив с трона нынешнего правителя страны, посадить на него никого иного, как нашего героя — каталонца. Однако Бадиа был далек от того, чтобы обнадеживать своих сторонников. Свергнув султана, он помышлял предложить трон Марокко королю Испании, о чем и сообщил Годою. Министр, получив инструкции от Али Бея, начал работу по подготовке войска для вторжения на территорию Африки. Столь важное решение следовало тщательно обсудить с королем. Но тут случилось непредвиденное: слабовольный и всецело подверженный влиянию Годоя Карл IV вдруг взбунтовался при мысли о том, что его агент, будучи радушно принят султаном, станет вдруг руководить восстанием по его же свержению. Король решил, что в данном случае лучше пожертвовать интересами государства, чем вошедшим в поговорку рыцарским благородством испанцев.
Король отдал Годою распоряжение отказаться от авантюрного плана. Али Бей оказался в затруднительном и опасном положении. Как всегда, его спасли присутствие духа и небывалая изворотливость: убедительными доводами ему удалось усыпить подозрения сотоварищей по заговору, а султану он объявил о своем намерении совершить, наконец, паломничество в Мекку. Мулей Сулейман, искренне расположенный к Али Бею, пытался всеми силами отговорить своего любимца от опасного путешествия. Однако, видя «неуклонное» желание князя Аббаси выполнить данный им обет, вынужден был отступить.
Распрощавшись с двором, Али Бей начал долгое путешествие. Знатного пилигрима с почестями принимали в городах и селениях. Однако странствование это было сопряжено с опасностями: пересекая пустыню, его караван сбился с дороги, и, если бы не помощь посланного провидением отшельника-магометанина, приключениям Али Бея пришел бы конец. Удивительно, что даже в этой экстремальной ситуации его не оставила любознательность ученого, а также невероятная храбрость и хладнокровие. Погибая от жары и жажды, Али Бей скрупулезно записывал состояние своего умирающего организма. Чудом вырвавшись из когтей смерти, с таким же усердием начал он отмечать изменения в себе на пути к выздоровлению.
Добравшись до марокканского города Лараче и едва оправившись от перенесенных в пустыне страданий, он отплыл в Триполи. Здесь список его пополнился еще одним влиятельным поклонником. На этот раз паша, очарованный удивительным гостем, задался целью во что бы то ни стало оставить князя Аббаси при своем дворе. Отклонив это почетное предложение, осыпанный дорогими подарками, отплыл неутомимый путешественник в Александрию. По пути следования на одном из островов он был радушно встречен австрийскими моряками, а на другом — генералом и офицерами русского флота. Путешествие Али Бея стало получать международный резонанс. Разумеется, никому и в голову не приходило, что под личиной паломника Али Бея, потомка пророка Магомета, оказывающего огромное моральное влияние на мусульманский мир и вызывающего уважение и почтение у людей Запада, скрывается испанский шпион Доминго Бадиа.
12 мая 1806 года Али Бей достиг берегов Александрии и через несколько недель уже завоевал полное доверие монарха Египта. Плавая по Нилу, Бадиа любовался руинами дворцов и храмов, видел знаменитые пирамиды, на верблюде пересек Долину царей. Особое внимание любознательного филолога привлекли древние арабские иероглифы. Языки были страстью Бадиа: помимо своих родных — каталонского и кастильского — он прекрасно владел арабским, французским, английским, итальянским и немецким языками. Причем на всех иностранных языках он говорил и писал так, как если бы они были его родными. На протяжении своего странствования по загадочному мусульманскому миру Бадиа, несмотря ни на что, не забывал о научной стороне своего путешествия. Все любопытные детали, будь то фольклор, гастрономия или зоология, находили отражение в его записях.
Из Каира во главе каравана из пяти тысяч верблюдов, трехсот лошадей и паломников со всего мира он отправился в дальнейший путь. Пересек пустыню и добрался до Суэца. Здесь начался новый виток его приключений, на этот раз морских. На его долю выпало множество трудностей. Выжив в кораблекрушении, прибыл он, наконец, в Джеду. По мере приближения к Мекке сердце его билось все сильнее и сильнее. Обманным путем собирался проникнуть он, христианин, в место, о котором говорил пророк: «Никогда нога неверного не должна осквернить эту запретную территорию». 23 января 1807 года Али Бей вошел в Мекку.

mekkaПребывание в священном месте мусульман — одна из наиболее интересных страниц в жизни Доминго Бадиа. Ни преувеличенно любезное гостеприимство в Марокко, ни опасности плавания по Средиземноморью, ни древности Египта не могут сравниться с тем эмоциональным подъемом, который испытал Бадиа при мысли о том, что стал первым христианином и человеком Запада, кому удалось войти в Мекку. Восхищенные взгляды тысяч пилигримов, замиравших от восторга при виде «потомка Магомета», наблюдали за тем, с каким пылом и религиозным рвением исполнял он все подобающие мусульманину ритуалы. Али Бей совершил омовение, обрил голову и тело, выпил воды из святого колодца, поцеловал черный камень и обошел семь раз вокруг Кааба.
Следующей целью неутомимого путешественника была Медина, захваченная на тот момент мятежниками-бедуинами. Бесстрашный искатель приключений сумел завоевать дружбу Сауда — предводителя орды бунтовщиков. Такова была способность этого человека располагать к себе людей, что после нескольких недель совместных приключений Сауд выделил Али Бею охрану для сопровождения до самого Суэца.
Похоже, усталость не была знакома нашему герою. Едва прибыв в Суэц, не успев отряхнуть пыль с сапог, он вновь отправился в путь. Пройдя по Ливии, Египту и Сирии, ученый Бадиа сделал тысячи заметок о топографии этих мест, составил карты районов, ранее совершенно не изученных. С помощью аппаратов, привезенных из Лондона, он регистрировал свои наблюдения за светилами, собирал обширные сведения по физике, геологии и метеорологии Ближнего Востока.
В сирийской пустыне удача едва не отвернулась от Али Бея, он оказался на грани разоблачения. Чтобы спасти жизнь, ему пришлось на время уйти со сцены, укрывшись в одном из христианских монастырей. Пользуясь вынужденной передышкой, работая днем и ночью, ценой нечеловеческих усилий привел он в порядок свои многочисленные записи. Закончив работу и распрощавшись со священниками, бесстрашный Доминго Бадиа вновь вернулся к образу Али Бея.
В то время как Бадиа находился на чужбине, выполняя сложную и опасную миссию, на его родине в Испании происходили чудовищные перемены. После захвата страны французскими войсками король Карл IV подписал отречение от престола, и на испанский трон взошел Жозеф — брат Наполеона Бонапарта. Годой впал в немилость. Узнав об этом, весной 1808 года Бадиа собрался в обратный путь. Прибыв на родину, он направился с докладом к Карлу IV. «Отправляйся к Наполеону, доложи ему о результатах поездки и служи ему. Так для всех будет полезней», — такими словами встретил его бывший король. Вот так, ужасным разочарованием закончилась для Доминго Бадиа эта невероятная пятилетняя авантюра.
Война за независимость покончила с властью Бонапарта. Бадиа отправил новому испанскому королю Фердинанду VII краткое описание своих открытий вместе с предложением продолжить службу испанской короне. Ответа на свое послание он не дождался. Доминго Бадиа не оставалось ничего иного, как воспользоваться гостеприимством Франции и отречься от родины, что так пренебрежительно оттолкнула того, кто принес ей истинную славу.
В Париже Бадиа перевел с арабского языка на французский свои записи и написал мемуары «Путешествие Али Бея в Африку и Азию». Труд был с изумлением встречен всем цивилизованным миром. Ученые-востоковеды были ошеломлены огромным количеством новой неизвестной ранее информации. Автор, предположительно мусульманин (кем мог он еще быть?), раскрыл самые интимные секреты, которыми приверженцы Магомета окутывают могилу своего пророка. Описал страны, куда до сих пор не удавалось проникнуть. Кто он, этот необычный человек, чье неожиданное появление сродни его обширным познаниям? Еще большим стало изумление, когда западный мир узнал, что автор книги — христианин, и что познания его сродни его храбрости и отваге.книгаlibro

Вскоре Бадиа получил предложение опубликовать книгу на английском, и с этой целью он отправился в Лондон. Впоследствии книга, переведенная им самим на немецкий язык, издалась в Вене и Лейпциге. Вот только на родине героя, в Испании, при жизни автора его труд так и не увидел свет.
Вслед за свержением Наполеона новый французский король Луис XVIII осыпал почестями отважного путешественника и присвоил ему звание маршала Французского Войска. Бадиа мог спокойно доживать свои дни в покое и довольстве. Но непобедимая любовь к приключениям не позволяла ему сидеть на месте. Новое задание получил Бадиа от французского правительства. На этот раз его целью стало отправиться в Индию под именем Али Отман.
Новая авантюра закончилась, едва успев начаться. В 1822 году неподалеку от Дамаска Доминго Бадия скоропостижно скончался. Смерть этого необыкновенного человека, окутанная большим количеством тайн, так же загадочна, как и его жизнь. Большинство исследователей считает, что он был отравлен англичанами, опасавшимися растущего влияния Франции на страны Ближнего Востока. Другие утверждают, что паша города Дамаска, разгадав истинную сущность гостя, угостил Бадия отравленной чашкой кофе.
Так закончилась полная приключений жизнь Доминго Бадиа-и-Леблика, бригадира-интенданта Королевских войск Испании, маршала Французского Войска и самого экстраординарного секретного агента всех времен.
Только много лет спустя после смерти Али Бея каталонцы решили признать заслуги своего выдающегося земляка и назвали в его честь одну из улиц Барселоны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *